Знакомство сергей миловидов в городе невиноынске

Москва. Достопримечательности

города Медыни она под непрерывной бомбежкой сумела Сергей Демьянович Куроедов в музее. К. Э. Циолковского. чувство сытости, знакомство с иг- ми милиции. Хрупкая и миловид- сых из города Невинномысска. В вашем городе не планируются подобные мероприятия. Мероприятия в других городах . Сергей Алексеевич Коржавин, Екатеринбург . Знакомство с колодой карт Райдера-Уайта. Базовые понятия в работе с Таро. Разрушение мифов. .. Таро 1-я ступень (преподаватель Татьяна Миловидова 3. А начиналась их учёба в году, когда выпускники школ города поступили в Среди них Ковалёва Валентина, Синёв Виктор, Филимонов Сергей.

Перед тем как отправиться на аэродром, я побывал у начальника оперативного управления штаба фронта генерал-майора Ивана Никифоровича Рухле и узнал от него и его помощников много полезного. Запомнив кое-какие ориентиры на показанных мне картах, теперь распознавал их с птичьего полета.

Держась невысоко над землей, У-2 летел в сторону Дона. И лишь потом постепенно уклоняется вправо. Остатки старинных укреплений, как видно, сохранились до наших дней: Только в те времена укрепления тут обращали фронтом не на запад, а на юг Сформированная здесь, в Сталинграде, армия находилась в распоряжении Ставки и проходила интенсивную боевую подготовку.

Немногим больше месяца тому назад, 10 июля, она получила вместе с новым номером приказ выдвигаться всеми своими шестью дивизиями к Дону и за Дон. Командовал тогда армией генерал-майор В. Справа и слева развертывались еще две резервные армии, ставшие й и й. Вместе с й они образовали боевое ядро Сталинградского фронта, созданного, чтобы преградить врагу путь к Волге. Прорвавшиеся в степи за Северским Донцом авангарды армии Паулюса одно время приближались к Дону со скоростью до тридцати километров в сутки.

У немцев было запланировано дойти до Сталинграда и захватить его с ходу к 25 июля. Решив, что сил 6-й армии для этого достаточно, 4-ю танковую армию Гота Гитлер повернул на Кавказ. Она снова появилась на сталинградском направлении лишь после того, как фашистские стратеги увидели свои первые просчеты.

Ее передовые отряды, выдвинутые к степным рекам Чир и Цимла, первыми вступили в бой с противником, стремясь выиграть время для занятия главными силами оборонительного рубежа перед Доном.

С 23 июля бои вела уже вся армия. Весь этот полк проявил выдающуюся стойкость. Однако не подпустить немцев в своей полосе к Дону она не смогла и вскоре должна была бороться за то, чтобы самой не оказаться отрезанной от донских переправ. Прорыв врага в тылы армии на ее правом фланге где гитлеровцы обеспечили себе подавляющий, многократный перевес в силах привел уже 24 июля к окружению двух наших дивизий с частями усиления.

При этом прорвавшимся фашистским танкам удалось смять штабы обеих дивизий, и окруженные войска остались без боевого управления. Командование армии сумело его наладить, перебросив туда офицеров своего штаба. Тем временем осложнялось положение и на других участках. Командованию фронта потребовалось выручать ю экстренно подготовленными контрударами 1-й танковой армии генерал-майора К. Москаленко и 4-й танковой генерал-майора В.

Ни та, ни другая к тому времени не завершили еще формирования, не успели получить средства усиления, не были как следует сколочены и смогли ввести в бой меньше сил, чем предполагалось. Однако без поддержки танковых армий ей вряд ли удалось бы избежать окружения всей в целом. В начале августа бои за Доном стали еще ожесточеннее. Причем для й армии фронт расширился на десятки километров к югу, до Нижне-Чирской: Вслед за тем остатки 1-й танковой, которую признали целесообразным расформировать, также были влиты в ю.

И она отвечала теперь за весь задонский плацдарм напротив Калача отрезанный прорвавшимся к Дону врагом от других позиций наших войск на западном берегу. Противник между тем, видимо, успел оценить силу оказываемого ему отпора.

За полторы-две недели общее число неприятельских соединений, выявленных на сталинградском направлении, увеличилось почти вдвое. На второстепенных фланговых участках немецкие части заменялись подтянутыми сюда итальянскими, румынскими. В таких условиях, когда угроза городу с запада могла, вероятно, считаться не главной, враг навалился на фланги й армии с новой силой. И еще раз произошел прорыв на правом фланге, вслед за чем оказались окруженными части шести дивизий с пятью артполками.

Регулярная связь с ними прервалась, и за десять с лишним дней, которые прошли с тех пор, вызволить эти части из вражеского кольца не удалось. Остальным дивизиям армии пришлось отходить на левый, восточный берег Дона, причем и переправа, как я понял, не обошлась без потерь. Наверное, как у любого военного человека, узнавшего об этих драматических событиях, в результате которых я армия лишилась окончательно или нет, было еще не ясно своих лучших дивизий, у меня возникал вопрос: Но чтобы ответить на этот вопрос самому себе, я еще слишком мало.

Однако, как бы там ни было, главный итог июльско-августовских боев в большой излучине Дона состоял в том, что план гитлеровского командования с ходу овладеть Сталинградом, а затем и Астраханью, взяв под контроль всю Нижнюю Волгу, был сорван.

Сорван усилиями всех армий, составлявших в начале этих боев один, а потом и два фронта. Врага на какое-то время остановили, в его наступлении на Сталинград возникла первая серьезная заминка.

ДЕНЬ ЗАЩИТНИКА ОТЕЧЕСТВА ВСЕНАРОДНЫЙ ПРАЗДНИК! - PDF

Наши войска получили возможность укрепить занятые рубежи, привести в порядок нуждавшиеся в этом части, перегруппироваться. Производилась и организационная перестройка во фронтовом масштабе, смена командования.

В й армии первый ее командующий генерал-майор В. Колпакчи был еще раньше, в тяжелейшей обстановке конца июля, заменен генерал-лейтенантом А.

Не помню, чтобы кто-нибудь говорил мне о конкретных причинах этой замены. Тогда командармов сменяли часто, а если армия терпела неудачи или несла большие потери, это делалось почти обязательно. Относительное затишье на донском рубеже, наступившее около 10 августа, было, как я уже сказал, недолгим.

Активность врага на других участках также свидетельствовала о его подготовке к форсированию Дона. Выходило, что поспевал я как раз к новым горячим дням. И мне хотелось поскорее узнать, насколько оправилась армия после всего того, что выпало ей за последние недели, насколько готова сражаться еще упорнее. Лететь было всего. Так и не набрав высоты, самолетик стал снижаться и вскоре сел за околицей вытянувшегося вдоль небольшой реки села.

День клонился к вечеру, но, едва пропеллер остановился, от нагревшейся земли так и пахнуло зноем. Здесь, почти на одинаковом расстоянии от Дона и Волги но все-таки немного ближе к Донус 10 августа находились командный пункт и штаб й армии. При подходе к КП, развернутому в тополевой посадке у сельской школы, мысленно отметил четкость комендантской службы, подтянутость хорошо побритых часовых, мгновенное появление расторопного дежурного.

Меня провели в довольно просторный блиндаж, где над столом, покрытым картой, склонились высокий, богатырского сложения генерал-лейтенант и хмуроватый на вид дивизионный комиссар. Выслушав мой доклад о прибытии, генерал-лейтенант широким жестом протянул руку и громко, отчетливо назвал себя: Дивизионный комиссар был членом Военного совета армии К.

Меня стали немедля вводить в курс дела, знакомить с положением на фронте и состоянием армии. Дивизий в составе армии числилось немало их внушительный перечень я уже видел в штабе фронта. Но сюда входили и соединения, окруженные за Доном, о которых в журнале боевых действий и сводках изо дня в день писалось: Из-за Дона только что вывел сто двадцать человек раненый командир й гвардейской стрелковой дивизии полковник А.

Более мелкими группами и поодиночке выбирались на левый берег бойцы и командиры из других частей. К правому берегу подводили по ночам, где было можно, переправочные средства, высаживали поисковые отряды. Большего сделать не. И на то, что за Доном даст о себе знать хотя бы относительно крупная часть, особых надежд уже не питали.

Две дивизии, которые попали в окружение раньше и пробились в расположение 4-й танковой армии, там и остались и из списков й были уже исключены. Вообще состав армии за первый месяц ее боевых действий обновился очень сильно.

Три дивизии, отведенные десять дней назад на левый берег Дона, были незадолго до этого приняты от соседей или из фронтового резерва, ю стрелковую дивизию генерал-майора И. Баринова фронт передал армии уже после занятия ею теперешних позиций. Все эти дивизии были далеко не полного состава.

Самой боеспособной считалась я стрелковая. Но все еще продолжали называть ее дивизией Сологуба. Сологуб, формировавший дивизию в Сибири и прибывший с нею на фронт, погиб неделю.

Скромный и храбрый человек, ветеран гражданской войны, он, чувствовалось, оставил о себе прочную добрую память. Единственной в полосе армии дивизией, укомплектованной по штату, была я стрелковая полковника А. Казарцева, недавно прибывшая с Дальнего Востока. Но командование армии распоряжалось пока только одним ее полком, выведенным на передний край у хутора Вертячий. Два других стояли на запасных позициях в глубине обороны, оставаясь в резерве фронта.

Сверх того, армии был подчинен созданный на Дону укрепрайон в составе нескольких артиллерийско-пулеметных батальонов. Позиции армии на левом берегу Дона являлись составной частью километрового внешнего обвода большой системы сталинградских оборонительных рубежей.

Внешний обвод начинался от Волги у Горной Пролейки, в километрах севернее Сталинграда, проходил по реке Иловля, а затем по Дону через Качалинскую, Вертячий, Калач, Ляпичев, по речке Мышкова и возвращался к Волге ниже Красноармейска. Позади находились километровый средний обвод это на нем стояли два полка дивизии Казарцева и километровый внутренний, также доходившие до Волги.

Оборудовался и четвертый пояс укреплений, окаймлявший непосредственно город. Создание этих рубежей стоило инженерным частям и местному населению огромных усилий. Первые три обвода начали сооружать еще прошлой осенью, когда гитлеровцы только подступали к Донбассу. То, что успели тогда сделать, пришлось весной, после паводка, восстанавливать. Летом, в условиях нараставшей угрозы Сталинграду, полевые укрепления продолжали возводить десятки тысяч колхозников и горожан. Теперь там, где позволяла обстановка, фортификацией занимались сами войска.

Внимательно слушая командарма и члена Военного совета, сообщавших мне все эти и другие важные сведения, я, естественно, присматривался к ним самим. Он принадлежал к людям, внешность и манера держаться которых сразу производят сильное впечатление: Имя Лопатина стало известно мне в конце прошлого года, когда я армия под его командованием отличилась при освобождении Ростова-на-Дону, вынудив танковую армию Клейста к поспешному отходу, похожему на настоящее бегство как радовались мы этому в осажденном Севастополе!

Слышал я также, что в начале войны, на Украине, Лопатин вывел из окружения свой корпус. Другие детали его военной биографии узнал уже после нашего знакомства в Карповке.

А биография у него была богатая. Коммунист с девятнадцатого года, во время гражданской войны Антон Иванович командовал эскадроном в знаменитой 4-й кавалерийской дивизии, явившейся ядром буденновской Конармии. Воевал против деникинцев, врангелевцев, белополяков, был награжден орденом Красного Знамени, трижды ранен. Лопатин долго оставался конником и в мирное время: Словом, это был старый буденновец и человек, несомненно, незаурядный, сильная, волевая натура.

Я не мог не отметить про себя, что для генерала, всего три недели возглавлявшего эту армию, в которой к тому же произошло столько перемен, Лопатин неплохо знал командиров частей. И судил он о них вдумчиво, непредвзято, равно как и об оперативной обстановке. Мыслил Лопатин вообще смело, независимо и, чувствовалось, был способен многое взять на себя, любил командирскую самостоятельность.

Потом я наблюдал не раз, как тягостно бывало для Лопатина, если в штабе фронта решали что-нибудь за. А случаи подмены командармов теперь я знаю, что это распространялось не только на ю армию были тогда под Сталинградом не так уж редки. Не в первый, конечно, день, но все-таки скоро я понял, что отношения с командованием фронта сложились у нашего спокойного, но самолюбивого командарма, к сожалению, не наилучшим образом. Лопатин считал некоторые задачи, ставившиеся армии, невыполнимыми ц данной обстановке и, видимо, не стеснялся напрямик об этом говорить.

Однако ему не удалось доказать, например, что наличных сил армии недостаточно для деблокирования войск, окруженных за Доном в начале августа. Такая задача ставилась армии в течение ряда дней, пока не отпала сама. А сначала предполагалось даже, что армия сможет не только выручить те свои части, но и уничтожить окружившего их противника.

Пожалуй, тут "желание превалировало над реальной возможностью" слова, взятые в кавычки, заимствованы из военно-исторического труда "Великая победа на Волге" под редакцией Маршала Советского Союза К. Рокоссовского, где они относятся к схожим моментам начального периода Сталинградской битвы. Хочется также сказать, что саму опасность глубокого охвата флангов армии за Доном Лопатин разглядел отнюдь не слишком поздно.

Как мне стало известно, 6 августа он доносил фронту о сосредоточении перед обоими флангами крупных группировок противника и тогда же просил разрешить ему отвести основные силы армии на левый берег. Думаю, решиться на такую просьбу было не так-то. И если по ней не последовало немедленного решения, то это могло объясняться как тем, что опасность представлялась командованию фронта менее серьезной, так и тем, что не все от него зависело.

Но через три дня отводить войска на левый берег все же пришлось, и уже только те, которые избежали окружения. Не берусь судить о всех обстоятельствах того, что происходило за Доном и на Дону, когда меня там не.

Однако и с этой оговоркой считаю до сих пор, что мера, которую предлагал, но не мог осуществить своей властью командарм й, вероятно, оправдывалась обстановкой. Здесь проявились командирская зрелость и дальновидность Лопатина, стремление сберечь силы для того, что ждало армию впереди. Во время гражданской войны он получил свой первый орден Красного Знамени, а второй имел за участие в освобождении прошлой зимой города Калинин. Кузьма Акимович прошел большой путь кадрового политработника.

Перед Великой Отечественной войной Гуров занимал посты военкома Артиллерийской академии, начальника Военно-педагогического института. В ю армию Гуров попал с должности более высокой.

Будучи членом Военного совета Юго-Западного фронта, он вырвался в июне из окружения под Харьковом с остатками одной танковой бригады. После расформирования Юго-Западного фронта должен был стать членом Военного совета Сталинградского фронта и собственно уже в этом качестве, только еще не утвержденный Ставкой, выехал в ю армию, выдвигавшуюся за Дон. Щербаков сам соединился с Калачом. Дивизионный комиссар заверил, что сделает все от него зависящее, и предоставил начальству решать, в какой должности ему.

Об этом я узнал от Кузьмы Акимовича, конечно, уже. А при первом нашем разговоре он, дополняя Лопатина, помог мне помимо уяснения оперативной обстановки представить ее напряженный, драматический характер. Гуров прибыл в ю армию к самому началу боевых действий, провел много времени непосредственно в сражающихся войсках. Он давал выразительные характеристики командирам, политработникам.

Это были впечатления человека, находившегося рядом с ними в боях. Запомнился его рассказ о й гвардейской дивизии. Она была укомплектована воздушнодесантниками и получила гвардейское звание и Знамя еще при формировании. Но поначалу возникали некоторые опасения: Уйму гитлеровцев уложили воздушнодесантники перед своими окопами. А как у них немецкие танки горели! Ну а уж тут я собственными глазами удостоверился, что у Утвенко считают.

Двадцать два километра был фронт у дивизии, и нигде фрицы слабого места не нашли, пошли в обход И оба хмурились, думая, наверное, о том, что от й гвардейской дивизии, номер которой продолжал значиться в списках армии, остался фактически лишь небольшой сводный отряд.

Неудивительно, что в рассказе члена Военного совета о гвардейцах-парашютистах переплелись восхищение и горечь. Те же чувства, только как бы приглушенные, сдерживаемые, уловил я, когда командующий говорил о сражавшихся в армии курсантских полках Краснодарского, Грозненского, Винницкого, 2-го Орджоникидзевского училищ Некоторые из этих полков прибыли в донскую степь раньше самой армии и становились ее передовыми отрядами, боевым охранением, а потом нередко использовались в качестве надежных отрядов прикрытия.

Придаваемые различным дивизиям, они везде дрались доблестно, но день ото дня редели. К середине августа реально существовал уже только полк Орджоникидзевского училища, находившийся в армейском резерве. Да, все в этой молодой, еще совсем недолго воевавшей армии напоминало о том, чего стоило и, конечно, не одной ей задержать врага, приостановить его продвижение к Волге.

После того как армия заняла нынешние позиции на внешнем обводе, за неделю с небольшим, ее соединения и части успели много сделать для их укрепления. Но восполнение потерь в людях и в вооружении шло далеко не так быстро, как хотелось. Маловато было противотанковой артиллерии, и совсем мало зенитной. Оставляла желать лучшего обеспеченность снарядами на армейских складах имелось всего два боекомплекта и даже винтовочными патронами.

В то время трудности со снабжением боеприпасами вообще очень обострились, а для Сталинградского и Юго-Восточного фронтов они, очевидно, усугублялись еще и ограниченностью путей подвоза.

Узнал я и о многом другом, что осложняло положение и беспокоило командование армии. Но когда разговор зашел о состоянии конкретных соединений данные о том, чем они располагают, выглядели не очень-то отраднодивизионный комиссар Гуров негромко и вместе с тем как-то особенно значительно произнес: Прибавилось опыта, упорства, злости к врагу.

Таких героев, как Петр Болото, уверен, найдутся тысячи. В Кузьме Акимовиче Гурове, узнав его ближе, я нашел настоящего друга.

Моральная поддержка этого человека, умевшего быть непреклонно твердым, подчас суровым, а вообще-то доброго, отзывчивого и веселого, часто была для меня просто неоценимой. Пусть читателя не удивляет, что я больше ничего не говорю о начальнике штаба армии Н. Не успели мы толком познакомиться, как выяснилось, что его переводят в другое место.

Я не предполагал тогда стать в недалеком будущем преемником Москвина, но могу сразу сказать: Потом я узнал, что за то недолгое время, пока армия была резервной, много сил подготовке своих штабистов отдал и первый ее командующий В. Колпакчи, который раньше сам возглавлял крупные штабы. В исполнение обязанностей начальника штаба вступил заместитель Москвина полковник Сергей Михайлович Камынин, опытный, высококвалифицированный штабист. В штабе армии я побывал прежде всего в оперативном отделе.

Недавнего его начальника полковника К. Журавлева, фамилию которого я услышал еще в штабе фронта, в Карповке уже не. Это он при первом, в конце июля, окружении за Доном двух дивизий и других частей был послан туда, чтобы обеспечить нарушившееся боевое управление.

В силу сложившихся обстоятельств Журавлев вступил в командование всей окруженной группировкой и вывел пять тысяч человек в расположение 4-й танковой армии, где их всех и оставили.

А начальником оперативного отдела в штабе шестьдесят второй стал подполковник Н. Кто-то, спавший полусидя на полу, вскочил, разбуженный товарищами, другой заснул покрепче, и я успел сделать знак, чтобы его не поднимали.

Словом, обстановка, обычная для оперативников сражающейся армии: И представлявшиеся мне командиры, в большинстве своем очень молодые, дочерна загорелые, были чем-то неуловимо схожи с прежними моими штабными сослуживцами, живыми и павшими товарищами по первому тяжкому году войны.

Бойкий, невысокого роста старший лейтенант с петлицами танкиста напомнил мне незабываемого по Одессе и Севастополю Константина Харлашкина. Сюда же, под Сталинград, его направили командиром бронепоезда, а вышло так, что стал штабным направленцем, офицером связи армейского командования.

Такие же обязанности выполнял капитан Терентий Егорович Калякин, солидный и степенный, несмотря на молодость. Он был с Дальнего Востока, командовал там батальоном.

Кузнецова взяли в оперативный отдел из постоянного состава Орджоникидзевского пехотного училища. Велькин и старший лейтенант Л. Барановский, который вел журнал боевых действий, пришли из запаса и были по образованию инженерами: В общем, почти никто, кроме самого начальника отдела да начальника первого отделения майора П. Зализюка, не мог похвастаться солидным штабным опытом. Но я убедился уже, что и штабное дело, при всей его сложности, постигается на войне толковыми и старательными людьми быстрее, чем этого можно было ожидать.

А люди в оперативном отделе, повторяю, понравились. Направленцы, отвечавшие на мои вопросы, по-видимому, неплохо знали "свои" части. Отдел был, несомненно, сплоченным, и особенно сплотился он, должно быть, за то время, когда армия сражалась за Доном. Как и вся армия, маленький коллектив штабистов понес там первые потери.

При мне вспомнили капитана Любимова, выпускника ускоренного курса Военной академии имени М. Смертельно раненный, он был доставлен на КП в пробитом снарядом броневичке уже мертвым. Вспомнили двух направленцев, пропавших там, за Доном, без вести Я был рад, что командующий не задерживает меня на КП: Перед тем как прилечь на пару часов, вышел на воздух. Шагал впотьмах по тополевой аллейке у школы и уже едва верил, что этот бесконечный день начался для меня еще на Кавказе.

Все вокруг окутала теплая звездная ночь. Небо было еще темным даже на востоке, где стоял, не выдавая себя ни единым отблеском света, большой, многолюдный город. И как зловещая угроза ему, поднималось над горизонтом на другом, западном краю неба расплывчатое зарево, обозначавшее линию фронта.

Близость родных мест воспринималась с какой-то щемящей остротой. Еще нельзя было предугадать, какие масштабы примет битва, надвигавшаяся на Поволжье. Но что это будет битва не на жизнь, а на смерть, понимал. И невозможно было представить себя живым, если враг перешагнет Волгу. С таким чувством, с такими мыслями начал я 19 августа года службу в й армии, оборонявшейся на внешнем обводе сталинградских рубежей, на центральном его участке, где надо было прикрыть кратчайший путь к Волге.

Между Доном и Волгой Три или четыре дня я почти безотлучно, лишь ненадолго заезжая на армейский КП в Карповке или на вспомогательный пункт управления у хутора Камыши, провел в войсках, занявших оборону по левому, восточному берегу Дона. Положение на переднем крае было напряженное: Сам Дон на исходе жаркого, сухого лета выглядел не слишком внушительно. Действительно тихий, как принято его величать, он неторопливо, куда медленнее, чем Волга, нес свои желтоватые воды меж совсем недалеко отстоящих один от другого берегов.

Мне было, конечно, и раньше известно, что ширина его в этих местах не превышает четырехсот метров, а кое-где не достигает и двухсот. Но вблизи Дон показался еще уже, чем я ожидал.

Даже с учетом порядочной глубины это была не очень серьезная преграда для войск, располагающих хорошими переправочными средствами.

Задонские высоты, то подступающие бурыми или белесыми откосами к самой воде, то немного удаляющиеся, доходили до ста метров, и наша сторона просматривалась с них. Только ивовые и дубовые рощицы, разбросанные по низкому левому берегу, помогали кое-что замаскировать.

Еще дальше к востоку от Дона находилась я армия, сосредоточенная для обороны южных подступов к Сталинграду, после того как в начале августа врагу удалось прорваться там за внешний обвод. Шумилов, а начальником штаба у него только что стал полковник И.

Тот самый Ласкин, который командовал под Севастополем доблестной й дивизией. Вот где довелось нам стать соседями!. Значит, успел уже Иван Андреевич подлечить свои севастопольские раны. Зная Ласкина как командира отлично подготовленного в оперативном отношении и творчески мыслящего, я порадовался за него от души. То, что Ивана Андреевича назначили при повышении именно на штабную должность, вполне соответствовало его задаткам. Кстати, товарищи, не воевавшие под Сталинградом, но знакомые с архивами, как-то пытались меня уверить, будто И.

Ласкин недолгое время возглавлял и штаб й армии. Оказывается, есть документ, где это черным по белому написано.

Нумерология в Новокузнецке. Расписание тренингов. Самопознание.ру

Однако на самом деле этого не. Видимо, тут налицо один из тех случаев, когда назначения столь быстро пересматривались и изменялись, что только в бумагах и оставался след. Коломиец, бывший командир Чапаевской дивизии.

Он в это время исполнял обязанности командующего й армией, находившейся на левом фланге Юго-Восточного фронта. В наш, Сталинградский фронт, растянувшийся до верховьев Дона, входили кроме й еще четыре армии: Москаленкоя генерал-майора А.

Данилова и я генерал-лейтенанта В. Состава этих армий, кроме 4-й танковой, с которой я непосредственно взаимодействовала, я тогда знать не. Командарм Лопатин, помню, отозвался о ней так: Крюченкин много людей потерял в самом начале, когда надо было спасать положение за Доном, и чуть ли не все свои танки. Нам приказали занять часть его позиций на левом берегу, приказали отдать танковую бригаду. Кое-что ему подкинули из фронтового резерва.

Но боюсь, что всего этого мало. А противник сейчас на него и жмет Уже потом мне стало известно: Да и на эти стволы боеприпасов было недостаточно. В последующие дни нашему правому соседу добавили артиллерии, и не только артиллерии, но это уже в ходе тяжелых боев, которые завязались при большом перевесе противника в силах и весьма неблагоприятно изменили положение.

Мне трудно судить, могло ли командование фронта раньше и в большей мере усилить армию В. Как бы там ни было, врагу, возобновившему атаки в малой донской излучине, удалось нанести тут удар по довольно слабому месту нашей обороны. Плацдарм, который удерживала 4-я танковая на западном берегу, был потерян. А наш правый фланг, как я сам убедился, тоже был несилен: Баринова, оборонявшейся здесь, было меньше двух тысяч штыков.

Дивизия удерживала примерно километровую полосу донского берега. Теперь же еще возрастала опасность появления врага на фланге, со стороны правого соседа: Севернее на поддержку 4-й танковой были введены в бой только что прибывшие соединения 1-й гвардейской армии. Мы помогали соседу сперва главным образом артиллерией. Но боевые распоряжения, поступавшие от заместителя командующего фронтом генерал-лейтенанта В.

Такая задача, должен признаться, несколько удивила. Ведь расчет был прежде всего на дивизию Баринова, а что она собой представляла, я уже сказал. Армия получала новые противотанковые артиллерийские полки, а также гвардейские минометные. Передавались ей и танковые бригады из проходивших переформирование, но некоторые, как выяснялось, еще ждали и технику, и людей. Перебрасывать сюда стрелковые части с других участков командование фронта не разрешало.

Тогда я впервые за год войны встретился с таким положением, когда не в армии, а выше определялось, где стоять каждому полку.

ДЕНЬ ЗАЩИТНИКА ОТЕЧЕСТВА ВСЕНАРОДНЫЙ ПРАЗДНИК!

Потом это и под Сталинградом изжило. Сказанное не означает, что в центре или на левом фланге армейской полосы сил было в избытке, я стрелковая дивизия полковника М. Песочина или я стрелковая дивизия полковника Н. Помимо правого края привлекал внимание противника район Калача-на-Дону, удобный для переправы по рельефу местности и расположению дорог.

Именно там действовала, когда наши войска сражались на западном берегу, главная, мостовая армейская переправа у Калача еще совсем недавно располагался и армейский КП. Деревянный мост сохранялся и даже ремонтировался, пока оставалась надежда, что он может пригодиться какой-нибудь из окруженных за Доном частей. Теперь этот мост был взорван. Оборону здесь держала я мотострелковая бригада с приданным ей артиллерийско-пулеметным батальоном укрепрайона.

Сформированная тем же летом, бригада уже побывала в тяжелых боях в составе 1-й танковой армии, в которых потеряла и своего первого командира подполковника Сидорова. Заменил его полковник П.

Людей и у Ильина не хватало: И огневые средства бригада имела скромные. Однако организация обороны оставляла тут впечатление большой надежности. Все было хорошо продумано: Ни днем, ни ночью не подпускали они гитлеровцев к реке, к взорванному мосту.

В войсках у Дона находились в те дни многие, командиры из управления й армии, и я знакомился тут с теми, кого не застал в Карповке. Вскоре я узнал его как опытнейшего и талантливого артиллериста, великолепного организатора и обаятельного человека.

А в одной из дивизий я встретился с начальником политотдела армии бригадным комиссаром Иваном Васильевичем Васильевым. Между нами как-то сразу установилось большое взаимопонимание. Общительный и наблюдательный, начальник политотдела всегда имел что рассказать интересного и полезного. Мы с ним стали добрыми товарищами. И буквально в степи, у машины, так уж вышло, выслушал я первый краткий доклад начальника разведотдела армии полковника Михаила Захаровича Германа, а затем в блиндаже ближайшей части мы поговорили более подробно.

К Герману нельзя было не проникнуться уважением. Чувствовалось, что разведчик он серьезный, вдумчивый. Это подтвердили и долгие месяцы Сталинградской обороны, в течение которых командование армии, как правило, своевременно узнавало о конкретных намерениях врага.

Он считал, что одновременно следует ожидать форсирования немцами Дона в районе Калача или несколько севернее. И все-таки исчерпывающими, совершенно бесспорными данными о том, как расставлены перед фронтом армии неприятельские силы после произведенной в последние дни перегруппировки, наши разведотдельцы похвастаться не.

В степи было сухо, знойно. И все светлое время суток в небе почти не смолкал гул фашистских самолетов. Что такое господство врага в воздухе, я как будто уже достаточно знал по Одессе и Севастополю. Однако в открытой степи, где труднее укрывать и людей, и особенно боевую технику, оно ощущалось еще сильнее.

Даже переброски на восточный берег Дона небольших подразделений обеспечивались десятками бомбардировщиков. Вражеская авиация крайне осложняла действия нашей артиллерии, заставляя ее часто менять огневые позиции, отчаянно мешала инженерным работам, почти не давала подвозить что-либо днем из дальних тылов в ближние. Летавшие над дорогами и полем "мессеры" нападали и на мелкие одиночные цели вроде моего "виллиса" один раз это кончилось тем, что машину перевернуло взрывной волной, а нас с адъютантом и водителя засыпало землей.

Людей больше всего удручало то, что фашистская авиация нередко могла действовать безнаказанно. Наших потребителей появлялось в воздухе мало, а иногда не было. Она включала, правда, до десятка соединений, пополнялась новыми полками, однако пока располагала значительно меньшим числом самолетов, чем имел в этом районе враг. Конечно, очень хорошо, что именно на правом фланге армии войска были и в глубине обороны, на среднем обводе.

Между Котлубанью и Малой Россошкой стояли два полнокровных полка й стрелковой дивизии, остававшиеся во фронтовом резерве третий ее полк, как уже говорилось, был взят на передний край. Севернее, в районе совхоза "Котлубань", на среднем обводе сосредоточивались прибывшая из резерва Ставки я гвардейская стрелковая дивизия и доукомплектованная танковая бригада. Они передавались нашей армии, но пока с оговоркой: Рубежи среднего обвода продолжали укрепляться, веред ними выставлялись минные заграждения.

Иметь все это, так сказать, про запас было нелишне. Словом, укрепляя средний обвод на крайний случай, важно было не допустить до того, чтобы он нам понадобился. Но тут возникал трудный вопрос: А мы тогда, хоть и ждали нарастания вражеских ударов из малой излучины, еще не вполне представляли, какой они достигнут здесь силы.

То, что Паулюс сосредоточил против левого фланга 4-й танковой армии и правого фланга нашей половину всех своих войск, выяснилось несколько позже. Возвратясь на КП, я докладывал командующему о выполнении его поручений, о том, что сам нашел нужным сделать, и мы обсуждали обстановку. Если Гуров был не в войсках, он всегда присутствовал на этих докладах. Лопатин слушал очень внимательно, не перебивая, и обычно подходил к карте, хотя отлично представлял положение и без.

Он любил сам работать над картой, держал под рукой цветные карандаши, циркуль, лупу. А рядом непременно стоял стакан с крепким чаем. Находить с Антоном Ивановичем общую точку зрения по тем вопросам, которые требовалось решать, лично мне было легко. Но взаимопонимание с начальником штаба фронта Д.

Гордовым у Лопатина как-то не налаживалось, и быть в этом судьей я не берусь. О своих разговорах по телефону с фронтовым начальством, которые, видимо, нередко бывали неприятными, Антон Иванович информировал меня скупо, ограничиваясь изложением полученных приказаний. Все, чем командарм мог распорядиться, включая и резервный курсантский полк, и даже курсы младших лейтенантов, было передано на уплотнение боевых порядков там, где в этом виделась наибольшая нужда.

Получила участок обороны и сводная часть полковника Утвенко, именовавшаяся чисто условно й гвардейской стрелковой дивизией. Тем временем командование фронта решило упредить форсирование Дона крупными силами противника контрударом по ним на западном берегу. К участию в контрударе привлекались соединения всех армий Сталинградского фронта, кроме 4-й танковой, находившейся уже в тяжелом положении.

Участвовать в этом контрударе должны были и две право танковые дивизии нашей армии с придаваемыми им танковыми бригадами. Но, к сожалению, тут вновь "превалировало желание над реальной возможностью". Впрочем, тогда у меня, как и у Лопатина, вызывала сомнение лишь реальность задачи, ставившейся двум нашим дивизиям о выполнимости остального мы судить не.

В последнем конкурсе наш студент прекрасно справился со всеми вопросами от жюри. За высокий достигнутый результат Реснянский Дмитрий был награждён дипломом Министерства образования и науки Камчатского края и денежной премией. На вопрос о трудностях, с которыми пришлось столкнуться при подготовке к конкурсу, он ответил: Вот и закончились экзамены, прошла защита письменных квалификационных работ 30 января пришли выпускники в техникум за получением дипломов. Выпускной Наряду с праздничным настроением к весёлой суете примешивается грусть Ведь для студентов это последний день в техникуме, который стал для многих за годы учёбы вторым домом.

Во взрослую, самостоятельную жизнь выйдут юноши и девушки, которые обучались по программам подготовки квалифицированных рабочих и служащих. Мастера производственного обучения Моточук Валерий Михайлович и Гробовская Татьяна Михайловна на протяжении трёх лет вели своих подопечных по дороге знаний. И вот, теперь позади годы обучения, участие в конкурсах и спортивных соревнованиях, классные часы, производственное обучение и практика.

Поздравления и добрые слова напутствия молодёжи прозвучали от гостей праздника. Не секрет, что проблема трудоустройства выпускников является актуальной.

Поэтому руководитель Центра занятости Куруч Людмила Николаевна, пригласила молодых специалистов воспользоваться услугами своего учреждения. Поздравление директора техникума Жилкиной Ирины Петровны, растрогало многих своей искренностью. Со слезами на глазах прозвучала благодарность педагогам техникума от родителей уже бывших студентов, в лице Ковалёвой Ирины Георгиевны. Кульминацией праздника стало не только вручение заветных дипломов, но и награждение грамотами за высокие достигнутые результаты в овладении профессией, участие в общественной жизни техникума, краевых конкурсах, спортивных соревнованиях.

Студенты разных курсов подготовили для выпускных групп и гостей техникума концертную программу. Танцы, песни, стихи создали атмосферу праздника, который навсегда останется с выпускниками. Цветы, подарки, искренние слова благодарности мастерам и преподавателям завершили мероприятие.

Мы вам желаем силы, вдохновенья, Поменьше неудач и слёз, И в наш нелёгкий век везенья! И исполнения всех грёз! Чтоб по душе нашли себе вы дело! Чтоб повстречали настоящую любовь, Вперёд, выпускники шагайте смело, Вам счастья и удач желаем вновь!

Эта профессия - одна из самых замечательных и важных и в то же время одна из самых сложных. Справедливо сказано, что писатель живет в своих произведениях, художник - в картинах, скульптор - в созданных им скульптурах, а хороший учитель живет в мыслях и поступках людей.

Уже более 10 лет в нашем техникуме работает преподаватель физической культуры, кандидат в мастера спорта по борьбе самбо Вишняков Анатолий Петрович. В каком возрасте Вы начали заниматься спортом? В 9-ом классе начал заниматься самбо, стал участвовать в соревнованиях. После армии снова вернулся на любимый завод учеником фрезеровщика. А через месяц уже работал фрезеровщиком самостоятельно. Отработал на заводе 24 года, имею 5 разряд фрезеровщика.

Все это время не переставал заниматься самбо и футболом, был членом заводского комитета по спорту. В этот же период стал кандидатом в мастера спорта по самбо. Но любовь к спорту и детям победила в году ушел работать в ДЮСШ 1 тренером. Как спорт меняет детей? Каждому ребенку нужно доверять как самому себе и их учить. При ДЮСШ ежегодно организовывался детский летний спортивный лагерь. Мы постоянно с детьми ходили в походы.

Это очень сплачивает, ребята учатся быть дружными, ответственными за себя и товарищей, неравнодушными, то есть становятся настоящей командой. У них даже появляются общие интересы. Среди моих бывших воспитанников 10 человек окончили высшие военные училища, есть участники боевых действий, работники силовых структур, есть кандидаты в мастера спорта, участники финалов России по борьбе самбо и дзю-до.

А один из воспитанников после переезда на постоянное место жительства в США занимал 1-е места в пяти различных штатах среди юношей и взрослых по борьбе дзю-до.

Когда ты работаешь с детьми, то как правило, работа идет в контакте с родителями, они хотят от своих детей того же, чего и. Здесь педагог и родитель помогают друг другу. В техникуме гораздо сложнее. Здесь педагогу приходится иметь дело с уже сформированными личностями, стремящимися к независимости.

Нумерология в Новокузнецке

Эта работа требует большей самоотдачи. Наши студенты ведут активную спортивную жизнь, ежегодно участвуют в огромном количестве спортивных мероприятий. Расскажите о спортивной жизни техникума. Когда я пришел работать в техникум, то не было должной материальной базы для занятий спортом.

За годы существования техникума было много сделано руководством для развития этого направления: Студенты с большим желанием участвуют во всех спортивно-массовых мероприятиях: Часто занимают призовые места. В заключение пожелаем Вишнякову Анатолию Петровичу успехов в обучении и воспитании подрастающего поколения, а нашим студентам хочется пожелать найти достойный пример для подражания в спортивной жизни!

Уметь любить, уметь дарить. То уходить, то возвращаться. Таким непостоянным быть, Такой опорою казаться. Оберегай его, судьба, От лжи, предательства, обмана, И благосклонной будь всегда, Дай жизни полной, без изъяна. Наверное, каждый молодой человек, стоя в начале жизненного пути, мечтает добиться успеха. Удается это далеко не каждому.

Так в чем же секрет? Кто сможет объяснить молодежи это лучше, чем успешный человек? Мы попросили открыть свой секрет успеха Букина Сергея Сергеевича успешного бизнесмена, депутата Думы Вилючинского городского округа и мецената.

Вы успешный бизнесмен, зачем Вам лишние заботы? Я решил не ждать, что кто-то сделает это за. Люди меня поддержали и отдали мне свои голоса. Как депутат, мне кажется, я делаю для нашего города и его жителей гораздо больше, чем раньше. Мы занимаемся, на мой взгляд, тем, что касается каждого.

Именно вопросы и проблемы ЖКХ мы воспринимаем острее. Хотим превратить неухоженный и замусоренный участок по улице Победы в место занятий спортом и отдыха наших горожан.

Удается ли находить общий язык с Администрацией ВГО? Сегодня дума - вполне работоспособный слаженный коллектив. Очень упрощает работу открытость администрации, главы города. Любой гражданин может просто прийти со своей проблемой прямо к главе и его выслушают и обязательно помогут.

Вы активно занимаетесь благотворительностью, помогаете многим детским коллективам, образовательным учреждениям и просто людям нашего города. Я считаю, что если Бог дал нам здоровье и достаток, то мы обязаны делиться с теми, кому повезло меньше. Кому, Вы считаете, нужно помогать?

Тем, кто не может помочь себе сам - старикам и детям. Старость надо уважать - меня воспитали. Ну а дети это наше. Наша главная задача, чтобы они выросли здоровыми, счастливыми и успешными. Все мы прекрасно понимаем, что родителям сегодня совсем не просто вывезти ребенка на соревнования на материк, например.

Я рад, когда могу помочь. Иногда просят не помощи, а просто денег, потому что у тебя их. Иногда нужно очень много, сколько нет приходится отказывать. Каков Ваш секрет успеха? Не деньги зарабатывать, а именно работать. Конечно, для этого нужна поддержка близких, их вера в. Когда я начинал заниматься бизнесом, у меня не было ни денег, ни связей, а только мои родные, которые помогали мне и верили, что у меня обязательно все получится. Выбор жизненного пути задача не простая.

На что, кроме поддержки близких, можно опереться молодому человеку на жизненном старте? Необходимо ли, по-вашему мнению, получать образование? Я окончил Петропавловск- Камчатское высшее морское училище нынешний Камчатский государственный технический университет. По специальности я не работаю, но образование и знания вообще это главная ценность в наши дни. Продолжить образование не собираетесь?